Сегодня среда, 14 апреля 2021 г.
Главная | Правила сайта | Добавить произведение | Список авторов | Поиск | О проекте



Категория: Весь список произведений - Проза - Любовь

Полет к звездам (отрывок)

Ночью я не мог уснуть. Анюта сладко посапывала на моем плече. Ее волосы, всегда приводившие меня в восторг, разметались по всей кровати. Я ласково гладил их, в очередной раз осознавая, как же мне повезло с ней. Она такая... Такая... Такая моя! По другому и не скажешь. В каком-то фильме услышал, как парень говорил девушке: "Ты - половинка моя". Вот это я и имел в виду. Анечка - моя половинка. Без нее ужасно. Будто вырвали кусок души и сердца. И самое прекрасное то, что я знаю - у нее также. Я это чувствую. Ее глаза не умеют врать мне. Любить ее - великое счастье. А быть любимым ею - еще более великое счастье.
В такие моменты, когда спать не хочется, я постоянно вспоминаю, как мы с ней познакомились. И как оказались вместе. Необычно было. Не надоевшая банальщина, а что-то особенное.


В то утро я стоял на остановке и ожидал маршрутку - надо было куда-то по делам ехать. Настроение паршивое до невозможности, да и погода тоже подкачала - шел противный моросящий дождь, продиравший до самых костей. В общем, день не предвещал ничего хорошего. Хоть музыка в наушниках как-то спасала от всей этой гадости.
Я, как обычно, оглядывался по сторонам. Ну есть у меня такая привычка - не могу я стоять и смотреть в одну и ту же точку. Надо постоянно головой вертеть. В один из таких поворотов головы я заметил девушку, бегущую по направлению к остановке. "Опаздывает, наверно...", мелькнула мысль. Девушка бежала быстро, поэтому, видимо, и не заметила, как у нее из кармана выпала какая-то вещь и шлепнулась около меня. Я окрикнул было ее, но она не услышала и стремительно удалялась. Я поднял вещь и хотел побежать за ней, но тут как раз подошла моя маршрутка (я, как назло, опаздывал), так что делать было нечего - пришлось отложить возвращение вещи до следующего раза. Этой вещью оказалась flash-карта памяти в футлярчике. Во мне заиграло любопытство. Хорошо хоть у меня дома имелся комп с карт-ридером в комплекте. До дому доберусь - посмотрю, что на карте.
Сделав все дела, я, голодный, как стая волков и уставший донельзя, приполз домой, приласкал скулящего от радости зобака, (у меня породистый немец), покормил его и начал вяло разогревать ужин себе. Ноги не слушались, глаза слипались, в мозгу играла только одна-единственная мысль - поспать. Про карту памяти я и думать забыл. Какая там карта памяти, когда за день избегал, наверное, весь город? однако, флэшка сама о себе напомнила - доставая из кармана сигареты, я выронил ее. Она так удачно упала на ногу...
Перед любопытством отступил даже сон. Я подошел к компу, включил его, сунул карту в соотвествующее отверстие и принялся ждать. Комп, как обычно, поприветствовал тешащей мое самолюбие фразой: "Здравствуй, мой вечный, величайший и непревзойденный хозяин и повелитель!". Приятно, черт побери!
На экране замелькали разные хитрые символы. Ага, папка с фотками! Так, интересно... Хотя, в принципе, ничего интересного. Та самая девушка, выронившая флэшку, с друзьями и подругами. Вот она с семьей... Это, по всей видимости, муж... Та-ак... Мои пальцы методично пролистывали фотографии. Стоп! Невероятно... На фотографии стояла хозяйка карты, а рядом с ней девушка с роскошными волосами цвета старого золота. Я завороженно глядел на нее, не в силах отвести взгляд. Девушка как-то загадачно улыбалась, глядя словно сквозь объектив, в какие-то необозримые дали. Ее глаза цвета морской волны были настолько глубоки, что в них утонула бы, наверное, рота таких, как я... Изящный нос, полноватые чувственные губы, плавно изогнувшимися в улыбке, мягко сглаженная линия скул. Среднего роста, стройненькая, с прекрасной грудью (это было видно даже через свитер) и изящными руками, целомудренно сложенными на животе. Она не была красавицей, но что-то в ней было то, что сразу привлекало взгляд. Я был в шоке. Это именно ее я столько раз видел в своих снах. Это именно она снилась мне в минуты моего душевного просвещения. Именно ее я вспоминал, когда было очень плохо, и на сердце становилось легче. Я все еще не мог поверить... Всматривался до рези в глазах в это лицо, которое, наверное, отыскал бы в тысяче похожих лиц. Невероятно...
Все еще находясь под впечатлением, я не сразу обратил внимание на то, что фотка с подписью. Внизу снимка было написано:
"Я и моя любимая Анечка Смирницкая". У меня аж все подпрыгнуло внутри. Я лихорадочно соборажал. Про сон забыл вообще. А что такое сон? В мозгу билась одна-единственная мысль: я смогу ее найти! Слава Богу, у меня на компе имелась база данных нашего города (подарок иноземных друзей...). Руки меня не слушались - я смог открыть базу только где-то на шестой или седьмой раз. Пальцы забегали по клавишам... С замиранием сердца я нажал кнопку "Искать". Комп мучительно долго исторгал из себя различные звуки и перепискивания, затем выдал список фамилий. Слишком много! Откуда в нашем маленьком северном городе столько Смирницких?
Лихорадочна шаря глазами по фамилиям, я был где-то в другом месте. Я уже предвкушал встречу, почему-то совершенно не думая о том, что она может и послать меня куда подальше. Ладно, об этом потом... Александр Иванович Смирницкий... Виктория Евгеньевна Смирницкая... Ну когда уже? Стоп! Есть! Анна Николаевна Смирницкая! Это имя было последнее в списке, поэтому я вскочил с кресла и принялся плясать и петь одновременно. Такого прилива сил я не помнил с окончания университета, когда все пошли и как наковырялись... Душа тоже пела и плясала, видимо, не желая отставать от тела.
Наплясавшись, я все-таки присел обратно в кресло и забегал глазами по строчкам, высветившимся напротив Анны Смирницкой. Проживает: там-то,(проживает одна, что примечательно) телефон такой-то, лет столько-то. Она на два с половиной года младше меня (мне 27 будет скоро)! Вот это здорово!
Бросив беглый взгляд на часы - еще, слава Богу, не поздно - я взял трубку и начал набирать враз запомнившийся номер. Несколько долгих гудков длились, словно вечность. И вот наконец, безумно приятный и будто родной голос девушки проговорил:
- Я слушаю вас. - От волнения я не сразу нашелся, чего сказать - только дышал в трубку.
Девушка повторила:
- Я вас слушаю!
Я, наконец, собрался с мыслями и выговорил:
- Здравствуйте, Анна... Я... Вы меня не знаете, но я вас уже знаю... - что я несу, черт возьми?! Соберись, слюнтяй! Не мальчик уже все-таки! - Анна, у меня есть к вам предложение, вы уж извините, что прямо так сразу...
Анна тихонько рассмеялась:
- Да ничего, говорите, чего у вас там за предложение. А то мне уже становится интересно, что же вы за фрукт такой? Раз уже меня знаете... И сразу предложение!
Я сконфуженно пробормотал:
- И ничего я не фрукт... - Девушка засмеялась еще больше. - А зовут меня Максим.
Я собрался с мыслями и сказал:
- Анна, я хочу вам предложить скромный ужин в каком-нибудь тихом местечке, где я вам передам одну вещь, принадлежащую вашей подруге. Она сегодня утром обронила ее, я подобрал, дома остмотрел и вот, вышел на вас. Там под фотографией подпись была...
- Значит, это будет чисто деловая встреча? - слегка удивленно спросила девушка.
Я замялся:
- Ну почему чисто деловая... - и не смог удержаться от грубой лести, - Мне просто будет очень приятно провести время в компании прекрасной девушки... Почту за честь.
Анна снова засмеялась:
- Что же это вы все невпопад говорите, Максим? Вроде бы взрослый человек...
Я окончательно смешался:
- Как умею... По другому не учился...
- Да ладно вам, я же шучу! Давайте быстрей назначайте место, а то я передумаю.
Приглашая девушку на ужин, я как-то не задумывался над тем, куда же с ней пойти. И теперь лихорадочно вспоминал все приличные места. На ум, как назло, ничего не приходило. Внезапно вспомнилось название очень уютного ресторана почти в центре города с вполне приличной морской (и не только) кухней. Название вселяло какую-то уверенность в том, что ресторан хорош: "Веселый Роджер". Я назвал это место. Анна, подумав, ответила:
- Никогда там не была, хотя и много чего слышала... Где и когда? Максим, ну что вы как меленький прямо? Все из вас клещами вытягивать надо...
Я растерялся. И так слова на язык не лезут, да еще и вот так вот бреют тебя. Несколько сконфуженно я проговорил:
- Ну тогда давайте завтра в семь часов вечера у памятника Ленина. Вас это устроит, я надеюсь?
Через несколько мгновений, показавшихся мне вечностью, она ответила:
- Вполне! Как я вас узнаю?
- Я вас узнаю! - быстро выдохнул я.
- Ну, тогда договорились? - Не дождавшись ответа сразу, она закончила, - До завтра, Максим.
- До завтра, Анна...
Я положил трубку с совершенным смятением в голове. Мысли путались и в мозгу билось только одно единственное слово: "Анна". Я ненавижу ждать, а тем более такого. Для меня эти несколько часов до встречи будут тянуться многие годы. Даже работа, кстати, любимая мной, не принесет, видимо, обычного удовольствия и радости. Я работал журналистом в одной из спортивных газет города. Вел раздел о курьезах спорта, для чего чуть ли сутками сидел в Интернете. Но работа эта приносила радость, как, я считаю, и должно быть.
Я пришел на место встречи на час раньше - просто не мог сидеть дома и тупо ждать, тем более что делать было нечего. На улице, как будто отвечая моим мыслям и настроению, была превосходная погода. Для этого времени года, конечно. Только-только закончился промозглый апрель и не по-весеннему яркое и доброе солнце пригревало вовсю. Я курил сигарету за сигаретой, то и дело поглядывая на часы. Минутная стрелка, как всегда в таких случаях, медленно и неспешно ползла, отсчитывая минуты. От нечего делать я присел на одну из скамеечек и достал сотовый телефон, в который совсем недавно закачал пару интересных игр. Ну что ж, займемся монстрами игры, которые с каждым новым уровнем становились все наглее и злее. И я так увлекся игрой, что время, до этого казавшееся бесконечным очень незаметно пролетело.
Я поднял голову, отрываясь от экрана сотового и чуть не выронил его. У памятника Ленина стояла ОНА и с улыбкой смотрела на меня. Узнала, что ли? Да как? она меня и не видела-то ни разу, только слышала. На дрожащих ногах я поднялся с проклятой скамейки и только и смог, что помахать ей. Но тут же понял свою глупость и быстром шагом пошел к ней. Она встретила меня словами:
- Ну вот и вы... Здравствуйте, Максим. Знаете, я вас именно таким и представляла. Почему-то именно таким... - она рассмеялась смехом, который я уже успел полюбить.
- Каким таким? - задал я вполне логичный вопрос.
- А вот таким. Чуть-чуть растрепанным, чуть-чуть возбужденным, чуть-чуть неуверенным. С именно такими щенячьими глазами. - она чуть помолчала и с лукавой улыбкой продолжила, - У вас, наверное куча поклонниц?
Этот вопрос застал меня врасплох. Я смешался и чуть покраснел, не зная, чти ответить. Глаза тут же уткнулись в асфальт. Я не знал, чего сказать. Ну не говорить же ей, что основное мое общение происходило в Интернете! Хотя с девушками я знакомился охотно и зачастую в самых неожиданных местах. Внезапно я ощутил легкую злость на себя. Сколько можно? Перед тобой стоит девушка твоей мечты, а ты даже сказать ничего не можешь! Ломаешься, как дешевая печенюшка! Я сделал над собой усилие, поднял глаза и довольно уверенно ответил:
- Не совсем, чтобы куча... В общем, как у обычного мужчины. Особые излишества не предпочитаю...
Видимо, ответ ей понравился, потому что она как-то загадачно улыбнулась и предложила:
- Максим, давайте перейдем на "ты". Не люблю я все эти церемонии. В конце концов, мы с вами, как я понимаю, примерно одного возраста. Идет?
- Ну конечно, давайте ны "ты" - поспешно и обрадованно ответил я.
Вечер был наш.

В ресторане мы просидели до поздней ночи. Я как-то и забыл, для чего, собственно, и назначал встречу, хотя потом все-таки передал ей карту памяти с извинениями хозяйке за бесцеремонность. Мы болтали обо всем на свете, попивая пиво, и касались совершенно различных тем. Начиная от спорта и заканчивая политикой. Я определенно проводил лучший вечер в своей жизни. Аня оказалась не только интересной собеседницей, но и довольно-таки просвещенной в различных вопросах и обладала превосходным чувством юмора, чем я, кстати, тоже был не обделен.
Как мне казалось, она тоже совершенно забыла, что пришла отнюдь не поговорить о проблемах современной молодежи. Несмотря на это, мы, подчеркиваю, мы, провели чудесный вечер, практически не притрагиваясь к еде. Я забыл обо всем на свете и не замечал ничего вокруг, кроме нее. Ее глаза завораживали меня. Они были такими разными: то смеющиеся, в то время как лицо оставалось серьезным, то с какими-то лукавыми искорками, то полные грусти и сочувствия, появившиеся из-за пары историй из жизни, рассказанными мной. Но, Боже мой, какой от нее был запах! Я чувствовал его настолько остро, будто стоял к ней вплотную, несмотря на то, что для других запах был едва уловим. В нем смешивался аромат ее духов, чуть терпкий и волнующий, и запах ее собственного тела. Улыбка... Ее улыбка... Эту улыбку я буду помнить, наверное, даже умирая. Широкая и открытая, позволяющая доверить ей все на свете, и в то же время очень искреняя. Бог ты мой, я пропал... Совсем пропал...
Я, как человек несколько мнительный, частенько склонен выдавать желаемое за действительное. Поэтому слишком часто себя обманывал, загоняя порой себя в безвыходные ситуации. Но сейчас я знал, что Аня испытывает если не то же самое, то что-то подобное точно. Это я смог прочесть в ее изумрудных глазах, хотя она и не особо скрывала, что чувствует. Еще я заметил одну странную штуку, когда только подошел к ней, там, у памятника, у нее на лице промелькнуло что-то вроде изумления, которое, впрочем, она тут же сумела скрыть за приветливостью (будучи журналистом, я могу по лицу понять очень много - профессиональное). Всю ночь я ломал над этим голову. Но, так ничего и не надумав, уснул. Мы, кстати, обменялись номерами сотовых.
Сказать, что я проснулся в хорошем настроении, это ничего не сказать. Сосотяние было подобно сказочной эйфории, что-то вроде состояния наркомана, только что принявшего что-нибудь сильнодействующее. У меня появилась такая неколебимая уверенность в собственных силах, что я буквально был готов свернуть горы или на них же и подняться. Другими словами, я был бесконечно и бесповоротно счастлив. К тому же на работу сегодня не надо было, что способствовало еще большему поднятию и так задранного в безоблачные выси настроения.
Вкусно (а этим утром особенно вкусно) позавтракав, я схватился за сотовый и набрал номер друга, зная, что к домашенему он все равно не подойдет. Через несколько гудков его недовольный голос ответил:
- Ну чего тебе еще, упырь? Я сплю...
- Чувак, хорош хрючить - так всю жизнь проспишь! - невозмутимо парировал я, - У меня разговор есть. Хочу поделиться с то...
- А времени попозже нельзя было найти? - перебил он меня. - У меня выходной, как никак... На выходных люди обычно спят. Слышал про такое?
- Ну слышал, слышал... Ты погоди возмущаться, я ж тебе еще ничего не предложил.
- Ну и чего ты можешь мне предложить такого, чтобы я отказался от прекрасного сна? - он недовольно хмыкнул.
- Ты откажешься! - убежденно сказал я, - Как насчет завтрака с последующим кофе в "Царских палатах"? Естественно, за мой счет.
- Вот с этого и надо было начинать! - обрадовался друг. - Весь сон как рукой сняло! И вообще я выспался уже...
- Замечательно! Тогда тебе сорок минут на сборы и я за тобой заезжаю. Оревуар! - Я положил трубку и задумчиво уставился в потолок. Надо бы удержаться и сегодня Ане не звонить. Сегодня надо посвятить себя отдыху с другом.
Друга звали Анатолий. Он уже восемь лет работал в УФСИН (Управление Федеральной Службы Исполнения Наказаний), другими словами, на зоне. Или, если быть точнее, в СИЗО. За эти восемь лет дослужился до капитана с рядового: заочно закончил Академию УФСИН в Пскове, продолжая работать, и превосходно себя чувствовал в этой своей ипостаси. Конечно, работа в таком месте наложила определенный отпечаток на него, но в общем он остался таким же, каким и был. За что я его и любил: отзывчивым, добрым и веселым. Хотя и не без своих тараканов. А у кого их нет?
Я заехал за Толиком (у меня была новенькая "Девятка", совсем недавно купленная) на его квартиру в одном из спальных районов города. Он вышел как всегда подтянутый и свеженький, будто бы не он почти час назад канючил, что, мол, у него законный выходной, что, мол, он спать хочет. На его лице отражалось ожидание скорой халявы, когда он бесцеремонно закурил в салоне машины. Да и ладно, я и сам там в машине курю - лениво выходить на улицу. По дороге нас естественно остановил гаишник, уже предвкушая легкую наживу с двух лохов. Ку да ж без этого? Сейчас! Не дождется! Со мной офицер правоохранительных органов, поэтому гаишник как-то резко сник и, откозыряв, пожелал нам доброй дороги. В "Палатах" Толя вкусно покушал, не менее вкусно попил кофе и приготовился слушать, всем своим видом показывая живое внимание.
Я обстоятельно и неторопливо рассказал ему в чем дело, неспешно попивая вкуснейший заварной кофе. Когда я закончил, на лице друга ничего нельзя было прочесть. Он, казалось, отрешился от мира, обдумывая сказанное. Подумав некоторое время, Толя как-то оживился и проговорил:
- Однако интересная история получается... Ты уверен? - Я кивнул, после чего он продолжил, - если ты уверен и это действительно она, тогда я могу тебя только поздравить. - Толя принял очень серьезный вид, - Если на самом деле все так, как ты говоришь, то ты - счастливейший из людей мира! Потому что твоя мечта ожила и даже довольно-таки активно действует. Тебе несказанно повезло. Так ка...
- Да хорош тебе изображать из себя Шерлока Холмса за работой! - резко перебил я, повысив голос, - я уже безумно счастлив! Хотя и практически не знаю ее... - Мой тон чуть смягчился. - Ты можешь просто поддержать меня? Это так трудно? Если это все, что ты можешь сказать, тогда какой от тебя сейчас толк?
Толя был очень удивлен горячностью моей тирады, но серьезный вид с себя снял. Он слегка покивал головой, видимо, соглашаясь с какими-то своими мыслями и мягко сказал:
- Макс, ты чего? Я же просто пытался объективно тебя поддержать...
- Да мне не надо объективно, мне надо просто по-дружески... - горько ответил я. - Ты этого не можешь понять? Перестань ты быть этим серьезным офицером, который командует кучей людей! У тебя это все равно при мне не получается... - я посмотрел ему прямо в глаза. - Будь просто другом. И все! Я же больше ничего от тебя не требую, по крайней мере сейчас.
- Е-мое, ты прав... Извини... У меня хоть получался Шерлок Холмс? - попробовал пошутить Толя.
- Ну немного получалось, особенно когда головой кивал... - поддержал я. Мы оба рассмеялись, разом сбросив всю неловкость ситуации. Заплатив по счету, я спросил:
- Ну, сейчас куда?
- Тебе, наверное лучше домой бегом - звонить этой Ане. Она ждет, поверь мне.
- Думаешь? - усомнился я.
- Знаю! - убежденно подтвердил он.
- Ладно... А ты куда?
Толя весело улыбнулся и ответил:
- Ну есть тут пара адресочков, на которые я давно не заглядывал. Поди, скучают там уже по мне...
- Ну тогда бывай, ихтиандр. Герой-любовник, блин...
Мы пожали руки и разошлись в разные стороны. Дома меня ждало преприятнейшее событие - разовор с Аней. Ну что ж, помчимся домой на всех парах.
Я зашел домой и, не раздеваясь, тут же схватил трубку. Набрал известный номер... Потянулись жутко долгие гудки. Один, второй, третий, четвертый... Наконец, Аня взяла трубку:
- Да, я вас слушаю.
- Здравствуй, Аня, это Максим... Я вот тут сидел дома, вспоминал прекрасный вечер и решил тебе позвонить - узнать как ты там.
- Более-менее... Чего-то настроения нет... - в ее голосе я уловил немного грустные нотки.
- А чего так? Давайте я тебе попробую его поднять!
- Спасибо, Максим, думаю, не требуется. Я сейчас посижу дома, подумаю, посмотрю какой-нибудь хороший фильм и все нормализуется.
Я понял, что надо настаивать, иначе все:
- Аня, я тебе не позволю сидеть дома и грустить. - бодро сказал я , - Это не входит в мои планы, а вот вечер с тобой очень даже входит. Значит так... Говори адрес, я за тобой заеду завтра в 6 часов. Возражения не принимаются.
- Ты думаешь, стоит? - неуверенно спросила Аня, - у меня правда нет желания...
- Стоит, стоит! Я не прощу себе, если оставлю тебя одну грустить, в то время как мне весело и хорошо!
- А кто сказал, что я буду одна? - удивилась Аня, - Я же тебе этого не говорила...
У меня внутри все оборвалось. Внезапно севшим голосом я спросил:
- А с кем ты будешь, если не секрет?
- А вот это, молодой человек уже не ваше дело! - шутливо ответила она и, чувствуя мою излишнюю напряженность, продолжила, - с моей собакой я буду.
Переведя дух, я облегченно поинтересовался:
- А что у тебя за зверь и как его зовут? Просто у меня тоже собак есть. У меня породистый немец, Генрихом кличут. Правда, это сокращенно... На самом деле у него имя страниц пять печатного текста...
- У меня тоже немец, только девочка - мы живем тесной женской компанией в счастье и согласии, - Аня засмеялась.
- У нас что-то вроде того... А как зовут твоего зверя?
- Матильда. Но это я ее назвала сама... У меня не породистая, но мне хватает.
Я засмеялся:
- Да какая, в принципе, разница? Главное, чтобы любил тебя зверь. Я вот, например, в своем души не чаю... А он за меня кого хочешь порвет! Были случаи...
- Серьезно? - удивилась Аня и как-то по-детски, что привело меня в умиление, попросила: - Расскажи, а?
- Да чего там рассказывать? Гулял я со своим Генрихом часа где-то в два ночи. Ну, и стандартная ситуация: подошли двое (зобак как раз чего-то в кустах искал), спросили, почему без шляпы, ну и сразу в лицо... - Я улыбнулся. - Я одного попытался начать месить, тут второй вмешался... И как раз Генрих подоспел. Я его еле оттащить успел, пока он их не загрыз окончательно. Но порвал он их хорошо... Они мне потом еще компенсацию через суд выплачивали - у меня все-таки друг в органах. И ничего, нормально. Вот так вот бывает...
Повисла неловкая пауза. Подсознание настойчиво билось мне в виски и я бодренько воскликнул:
- Так, Ань, все хорош о плохом! Значит, записываю: в 6 часов на улицу... - я замолчал, ожидая ее подсказки.
- Думаешь стоит? - засомневалась девушка.
- Еще как стоит! - убежденно сказал я и повторил: - На улицу...
- На Проспект, - поправила Аня,- Проспект Ленина, дом 68, квартира 37... Там домофон, позвонишь, ага?
Я не удержался:
- Ань, когда ты вот так говоришь, мне так и хочется тебя потискать... - внезапно я понял, что что-то не то ляпнул и поспешно добавил: - Ты не обижаешься? Чего-то я за языком не слежу...
Она тихонько засмеялась:
- Ну потискай, если так сильно хочется! - у меня аж челюсть отвисла. Она, видимо, даже через трубку услышала стук челюсти и засмеялась еще сильней. Я не нашел ничего лучше, как выдавить из себя: - Ну... Раз можно... Тогда, наверное...
Аня захохотала уже в голос. Я залился краской и смущенно пробормотал:
- Вот ты какая... Заставляешь бедного мальчика краснеть...
- Ты что, покраснел? - поразилась она. - На самом деле покраснел?
- А что нельзя? - с шутливой обидой ответил я. - Вот, даже покраснеть нельзя...
Я слушал всхлипывания в трубке и ощущал себя как никогда счастливым. Хотя вроде бы отчего? Так я себя не чувствовал с тех пор, как только начал жить с моей бывшей девушкой, Танюшкой. Хотя мы и расстались, но все равно остались хорошими друзьями, и сейчас часто созвонивались и где-нибудь отдыхали. Мы расстались по хорошему, но мне все равно уснуло кое-что очень важное, без чего жизнь становится блеклой и скучной. Аня пробуждала это во мне. Медленно, но верно. чувствуя это, я переполнялся счастьем через край. Когда хочешь поделиться счастьем с другими, потому что знаешь, что у тебя его хватит на семерых. Это было прекрасно! Ощущать счастье сердцем, душой и телом - это непередаваемо... Это надо познать.
Я дождался, пока Аня отсмеялась и участливо спросил:
- Успокоилась? - убедившись, что это так, продолжил: - Замечательно! Итак, ожидай меня в шесть вечера. Я подъеду и тогда решим, куда направимся. Идет?
- Договорились! - бодро отозвалась Аня, - Ожидаю с нетерпением и трепетом, мой господин!
- Что, прям так сразу? - деланно удивился я, - Мне это нравится! Ну тогда до встречи в шесть. Ага?
- Ага!
Я положил трубку, только когда услышал короткие гудки. И все-таки не удержался и пустился в пляс. Генрих запрыгал рядом, как щенок, радостно лая и норовя меня всего облизать. У него это получилось! Я со смехом оттащил его от себя и пошел вытирать лицо от ароматных собачьих слюней и
почувствовал, что прямо-таки зверски голоден. Странно, вроде только недавно в ресторане ел... Ноги понесли меня к холодильнику. Генрих с голодным ожиданием на морде поскакал за мной. Я открыл холодильник с предвкушением скорого обеда (которого уже по счету? Для меня все, что после девяти утра - обед). Ага, щас! В холодильнике хоть шаром покати. Вот где сказывается питание в ресторанах и кафешках. Надо почаще что ли дома кушать. А то совсем забуду, как еда первоначально выглядит.
Делать нечего, надо в магазин идти. Тут я вспомнил, что у меня собака есть, да еще негулянная и некормленная. Я своего зверя всякой фигней вроде "Чаппи" или "Педигри" не пичкаю. Он у меня постоянно что-нибудь натуральное жрет. Мясо, например, или тушенку. Но жрет! Причем в неконтролируемых количествах. Мной не контролируемых. Ну не могу я ему отказать в этом, особенно когда эта зверюга в пол-меня сидит на своей собачей заднице, умудряется при этом вилять хвостом и так жалобно смотреть, что слезы наворачиваются. Умеет же, негодяй! Так, пора идти. Зобак почувствовал, что я иду на улицу (он это всегда чувствует), и не успел я как следует собраться, как он уже стоял в прихожей и дверь царапал - дескать, хозяин, шустрей. Умный, блин!
Я вышел на свежий весенний воздух. Пока был дома - прошел дождь и на улице пахло замечательной свежестью, от которой голова проясняется и сам по себе начинаешь дышать полной грудью. Не успел я оглянуться, как Генрих уже старательно окучивал какую-то пуделиху с бритым клювом. Хозяйка бедной пуделихи куда-то отвернулась, а зря... Я подбежал к собакам, быстро схватил своего за ошейник и потащил к магазину. Тот упирался и постоянно оглядывался на пуделиху, как ребенок на песочницу. При этом поскуливал, видимо, желая меня разжалобить. Хха! Не на того напал. В конце концов Генрих оставил свои бесплодные попытки и покорно пошел рядом, попутно обнюхивая более-менее примечательные места.
Я оставил зобака у входа современного гипермаркета, приказав никуда не уходить, и зашел внутрь. Осмотрелся. Народу, как обычно, было ОЧЕНЬ много. С обреченым лицом я втиснулся туда, где, по идее, должна быть вкусная еда. В самом центре толпы у меня зазвонил телефон. Вовремя, блин!
Я нетерпеливо ответил:
- Да!
Из трубки послышался голос матери, в котором проскакивали панические нотки:
- Максим, срочно приезжай к нам! Отцу плохо! Давай быстро, я тебя жду... - мама замолчала, но, видимо, что-то вспомнила и добавила: - Ваня уже
здесь...
Она отключилась. Я почувствовал, что у меня ноги стали какие-то не мои, как деревянные. Я не мог сдвинуться с места. В этот момент меня толкнули и я чуть не упал. Не было сил даже ответить обидчику.
Ноги наконеу обрели чувствительность и я побежал к выходу. Генрих, до этого прыгавший и бегавший около магазина, подбежал ко мне и уткнулся в колени. Он всегда чувствует, когда мне плохо, также как и я чувствую его. Я потрепал его по загривку и быстро пошел к дому. По дороге в голове проносились тысячи мыслей, одна хуже другой. Но все они сводились к одному: только бы отец не умер! Пожалуйста, папа, держись! Ты сильный, потерпи, я уже иду!
Заведя собаку, я прыгнул в машину и помчался к дому родителей. Они жили на другом конце города в двухкомнатной квартире, которую я немного помогал обустраивать. Ну, там, технику прикупал и так далее. До них ехать минуть двадцать, когда пробок нет. Я домчался за десять. У меня в груди нарастало какое-то очень нехорошее предчувствие. Я позвонил в дверь. Долго не открывали. Потом за дверью послышался шорох и на пороге появилась рыдающая мать. Я бросился к ней и обнял... Я без слов понял все... Сквозь слезы мама все-таки смогла выдавить из себя:
- Максимка... Как же так?.. А? Как же я теперь одна-то буду? - она снова зарыдала.
Я только обнимал ее и гладил по волосам. А что я еще мог сделать?
Мама продолжила:
- Он же тебя ждал... Говорил, что не хочет без тебя помирать... И вот, видишь, не дождался...
Я отпустил маму и без сил опустился на колени. Голова на удивление была ясной и свежей, но на сердце стало черно, как никогда. Я беззвучно зарыдал. Все силы, даже если они и были у меня, ушли далеко, превратив меня в безвольную куклу. Через несколько минут (часов?) я все же поднялся и вошел в квартиру, затащив безутешную мать за собой. На кухне, безвольно уронив голову на руки сидел мой старший брат, Ваня. Я дрожащими руками разделся и прошел. Подошел к брату, присел около него на корточки и тихо шепнул:
- Брат... Это я, Макс... Брат, очнись!
Он поднял голову, посмотрел на меня невидящими, потухшими глазами и отвернулся. Мы с ним где-то год назад сильно поругались и с тех пор не разговаривали. Оба хотели примирения, но были жутко гордые, поэтому никто первых шагов не делал. Отец очень хотел, чтобы мы помирились... Думаю, сейчас пришло время. Я насильно повернул его голову и яростно прошептал:
- Брат, не сейчас! На мать посмотри! Потом все выясним.
Ваня посмотрел на меня долгим взглядом и неуверенно кивнул. Потом встал и неожиданно крепко обнял меня. Не выдержав, я заплакал, уткнув голову ему в плечо. Он сделал тоже самое. Потом к нам подошла мама и мы долго стояли обнявшись. Я никогда больше ни до, ни после этого дня не видел брата плачущим.

Через 3 дня мы похоронили отца. Когда с ним прощались, я не смог подойти к гробу. Не выдержал бы, наверное. Потом встретили 9 дней и я начал понемногу отходить. Даже пытался улыбаться, что, впрочем, плохо получалось. Мама резко постарела лет на десять, не веря в то, что случилось и абсолютно отказываясь это принимать. С братом мы помирились на следующий день после смерти отца. Все эти бесконечные девять дней я не виделся ни с кем из друзей. Я постоянно был с родными. На работу не выходил. Слава Богу, у меня был понимающий начальник, которому я позвонил и объяснил все, после чего он дал добро.
В день смерти отца мне несколько раз звонила Аня, но я не брал трубку. Хотя, если быть точнее, просто сбрасывал. Никого не хотел ни слышать ни видеть. И теперь, через десять дней я все-таки решил ей позвонить. Набрал номер, сбросили. Еще раз. Тот же результат. Я сообразил написать смс. Через некоторое время Аня перезвонила, голос ее звучал очень сердито:
- Ты уж извини, Максим, но я жду объяснений! Я хоть и не буржуйка, но так с собой обращаться не позволю! Ты очень некрасиво сделал. Исчез и все! Как это понимать?
- Привет, Анюта, - я очень старался, чтобы голос не дрожал, - у меня есть причины. Очень веские...
Я ненадолго замолчал, не зная, как правильно сказать. Аня будто женским чутьем поняла что-то и спросила:
- Максим, в чем дело? Что-то случилось? - в ее голосе звучала неприкрытая тревога. - Максим?
- Анют, в день, когда мы должны были встретиться, у меня умер отец... - мой голос все-таки дрогнул.
Из трубки слышалось потрясенное молчание. Аня виновато пробормотала:
- Максим, солнце, прости пожалуйста... Я не знала... Как ты?
- Теперь немного лучше. Все-таки время прошло. Да кто му же ты назвала меня "солнце"...
- Ну, слава Богу... - облегченно выдохнула Аня, - Максим, извини меня, пожалуйста, еще раз... Хорошо?
- Анютка, да я ж на тебя и не злился! Ты же не могла об этом знать... Так что твои претензии были вполне обоснованны.
Мы немного помолчали. Потом я робко предложил:
- Анют, ты нет против, если я сейчас к тебе приеду? Мне с кем-нибудь надо побыть, а друзей видеть не хочу...
- Конечно приезжай! Адрес помнишь?
- Да, помню. Тогда скоро буду. Жди...
- Жду! - она отключилась.
Я вышел из дома и сел в машину. Мысли путались. Я не знал, чего я больше хочу: побыть одному или провести время с Аней. Ладно, там видно будет. По дороге я заехал в цветочный ларек и купил большой букет белых роз. Не знаю, какие конкретно цветы нравятся ей, но белые розы нравятся всем. Это уж точно. Положив цветы в машину, я подумал и решил зайти в магазин. Взял, чтобы не ошибиться, красное вино, белое вино и шампанское. И, конечно же, тортик и коробку хороших конфет. Складировав это все в машину, я поехал навстречу мечтам. По дороге несколько раз останавливался и выходил покурить - не хотелось курить в машине. Одно я знал точно - очень хотелось увидеть Аню.
С трудом найдя ее дом в переплетении стандартных девятиэтажных коробок, я выволок все купленное на свет Божий и позвонил в дверь. Через некоторое время она открылась. На пороге стояла Аня. Боже мой, как она была красива! Хотя она была одета в юбку и белую блузку, все это сидело, как вечернее платье. На лице минимум косметики, что лишь подчеркивало ее красоту. Сведшие меня с ума волосы убраны в хвост простой заколкой. Она приветливо улыбалась мне, хотя за этой приветливостью скрывалось что-то еще. Что, я пока не мог понять. Она с улыбкой сказала:
- Ну что, так и будешь стоять глазеть на меня? Или пройдешь?
- Прохожу... - смущенно пробормотал я, постепенно краснея. Правую руку с цветами я незаметно прятал за спиной.
Аня с деланным возмущением воскликнула:
- Ну что, опять краснеем? Сколько ж можно уже? Давай, не толпись, проходи!
Я не выдержал и засмеялся. И, смеясь, вручил ей цветы. Аня ахнула, зажала рот ладошкой и выдохнула:
- Боже мой, какая красота... Это что, мне? - я утвердительно кивнул. Она взяла цветы и так мило по-детски прижала к груди, что я не выдержал и снова засмеялся. Она смущенно посмотрела на меня, схватила за свободную от покупок руку и затащила в квартиру. Квартирка оказалась однокомнатной, очень даже симпатично обставленной. Пол устилали рукодельные, как я понял, половички. Все вокруг прямо-таки сверкало чистотой. Здесь даже пыль, похоже, летала только повзводно и в специально положенных для этого местах.
Аня бесцеремонно забрала у меня покупки принялась шуршать пакетами на кухне. Вдруг удивленно воскликнула:
- Эй, товарищ, а зачем нам столько спиртного? - и вдруг хитро улыбнулась и выдала: - Или ты хочешь меня споить?
- Нет, конечно, - сказал я, проходя на кухню, - я ж не знаю, какое вино ты пьешь... И пьешь ли вообще вино, поэтому и взял шампанское.
- Цветы и конфеты не пью! - сообщила Аня, весело усмехаясь, - ладно, смекалистый, проходи в комнату, сейчас я подойду.
Я послушно пошел в комнату, где стоял уже накрытый стол и сел на диван, попутно осматриваясь. В нише, стандартной для таких квартир, стояла большая кровать, накрытая светлым покрывалом. На кровати в правильном беспорядке лежали мягкие игрушки. Как я понял, для девушек, живущих в своей квартире, игрушки на кровати непременный атрибут. Слева от кровати располагался старенький сервант с рюмками, бокалами и тарелками. Около серванта стояла высокая, до потолка, книжная полка, ломившаяся, что мне очень понравилось, от книг. Напротив серванта стоял диван, на котором сидел я. В центре - скромно, но со вкусом накрытый стол.
На улице быстро темнело. Ветер, ожесточенно бившийся в окно, постепенно стихал. Зато начинал накрапывать противный дождик. Как назло. Не одно, так другое. Терпеть не могу такой дождь. В этот момент в комнату зашла Аня, нарушив мои не очень веселые мысли. Я с восхищением посмотрел на нее. Она это, естественно, заметила и как-то странно посмотрела на меня. Потом жестом радушной хозяйки пригласила к столу. Пока я усаживался, она достала бокалы. Поставив бокалы, Аня села напротив меня и уже собралась что-то сказать, как вдруг погас свет. Аня несколько секунд потрясенно молчала, потом возмущенно воскликнула:
- Ну вот, опять! Когда же это кончится? Уже третий раз за неделю выключают!
- А что такое? - поинтересовался я.
- А ты думаешь, я знаю? Чего-то там объясняли, но я в этих делах ни бум-бум... Поэтому ничего не поняла.
Она помолчала немного, видимо задумавшись, и, что-то вспомнив, облегченно сказала:
- Хорошо хоть у меня свечей много - еще с Нового года остались. - Она улыбнулась. - Вот и пригодились. Сейчас принесу...
Оставшись в одиночестве, я чуть не подпрыгнул от радости. Ну еще бы! Совершенно случайно получается настоящий романтический ужин при свечах! Я о таком не смел и мечтать! Даже отец отошел сейчас на второй план. Главное мне сейчас не тупить...
Аня принесла штук десять свечей разных форм и размеров. Отобрала две одинаковых и поставила в разные концы стола. Остальные расположила где как. Она повернулась ко мне:
- Максим, у тебя есть зажигалка?
- Да, сейчас. - Я поднялся и, держась за стены, пошел к куртке.
Мы зажгли свечи и, наконец, расселись. В неверном свете свечей ее лицо казалось мне особенно прекрасным. Тени загадочно кружили по ее щекам и губам. Мы смотрели друг на друга и говорили ни о чем, перекидывались ничего не значащими фразами. Однако я все же заметил одну странность: Аня иногда начинала пощипывать и поглаживать правое плечо. Я стал особо скрывать, что заметил это и сказал:
- Ань, у тебя что-то с плечом?
- Да, так, мелочь, скоро пройдет... - отмахнулась она.
- Не сочти за намек, но давай я тебе его помассирую - у меня опыт богатый.
- Спасибо, не надо... Я же сказала, что скоро само пройдет.
- Аня, надо, - мягко, но настойчиво ответил я, - это так кажется, что само пройдет. Это я тебе как специалист говорю. Я же после университета массажистом подрабатывал, пока постоянную работу не нашел. Клиенты вроде не жаловались.
- Думаешь, стоит? - неуверенно спросила Аня.
- Стоит, стоит! - убежденно подтвердил я. - Тебе блузку не жалко?
- Да не так чтобы очень...
- Тогда откинься на стуле поудобней и расслабься.
Я обошел стол, встал за ней и принялся за самый приятный в моей жизни массаж. Я начал мягко пощипывать и поглаживать правое плечо, одновременно массируя левое. Реакция мне очень понравилась. Когда я доходил до лопатки, Аня незаметно (так она думала) выгибала спину от удовольствия. Даже через блузку я почувствовал, как ее кожа густо покрылась мурашками. Я продолжал это приятное занятие и вдруг, сам не зная почему, наклонился и нежно поцеловал ее в шею. Она никак не отреагировала, только слегка напряглась. Я решил, что мне терять уже нечего и продолжил целовать ее шею и плечи. Нежно пощекотал ухо, и, не прекращая целовать шею, начал гладить по спине. И тут Аня сделала то, чего я уж точно не ожидал... Она поймала мои руки и положила себе на грудь. У меня внутри все запело от счастья.
Я начал нежно поглаживать ее грудь, не прекращая целовать шею. Аня прерывисто задышала. От шеи я постепенно перешел к щекам и, наконец, нашел ее губы своими губами. Мы слились в долгом, бесконечно прекрасном поцелуе, от которого голова пошла кругом. Она медленно встала и, взяв меня за руку, усадила на диван, после чего села сверху. Мы не прекращали целоваться, она гладила мои волосы и шею, я одной рукой гладил ее по спине, второй довольно успешно расстегивал блузку. Когда я снял блузку, она сама расстегнула себе лифчик и легко скинула его куда-то в темноту. Я начал языком ласкать ее грудь и уже затвердевающие соски. Аня тихонько застонала.
Мои руки, гладившие спину, постепенно спускались все ниже, к ягодицам, пока еще прикрытым юбкой. Скоро я исправил это упущение. Аня сидела на мне в одних трусиках. Я не переставал ласкать ее. Теперь девушка постанывала не переставая. Тут она словно опомнилась и начала раздевать меня. Я особо не препятствовал. Покончив с одеждой, она слезла с моих колен и принялась целовать мою грудь и целовать соски. Я почувствовал, что у меня скоро разорвутся трусы. Аня почувствовала это и, взяв меня за руку, отвела к кровати. Мы легли и умерли... Чтобы потом воскреснуть и снова умереть от непередаваемого чувства счастья, переполнившего все наше естество. Я был счастлив...
Через какое-то время (я не знаю, сколько его прошло) Аня без сил уснула у меня на плече. Я же не засыпал, боясь, что когда проснусь, ее уже не будет рядом. Я лежал, смотрел на нее, гладил по волосам, по спине и ничего мне больше не надо было... Я почувствовал, как по моему лицу полились слезы. Слезы радости. Я начал всхлипывать и размазывать слезы по лицу, застывшему в глупой улыбке. От моих излияний Аня, лежавшая на плече, начала просыпаться. Она подняла голову, посмотрела непонимающим взглядом, но вдруг заметила мои слезы, тускло блестевшие в темноте и очень нежно погладила меня по щеке. Я опустил на нее мокрые глаза, обнял и очень крепко прижал к себе. Она, в свою очередь, прижалась ко мне. Потом отстранилась и, приподнявшись и стала ласково вытирать слезы. Она все поняла без слов. Да и что тут было понимать? Все и так ясно. Я снова обнял ее и поцеловал в нос. Слезы постепенно высыхали.
Аня, успокоившись, снова положила голову мне на плечо и что-то тихо прошептала. Мои глаза уже привыкли к темноте, и я заметил, что на ее лице отражается какая-то борьба. Мои руки нежно гладили ее волосы и спину. Девушка мягко приподнялась на локтях и, странно смотря мне в глаза, тихонько и неуверенно сказала:
- Максим, я могу тебе верить? - Вместо ответа я притянул ее к себе нежно посмотрел в глаза, одновременно тыльной стороной ладони ласково поглаживая по щеке. Вторая рука продолжала гладить волосы. Ее глаза начали предательски блестеть. Первая слезинка скатилась по щеке, она тут же быстро вытерла ее.
- Максим, ответь... - скорее для галочки, чем для узнавания правды, повторила она. Хотя я уже ответил... Руками... Глазами... Поцелуями... Я разлепил губы и произнес, продолжая смотреть ей в глаза:
- Анют, скажи мне, что бы сделала для встречи с мечтой?
- Все... - прошептала она и, подумав, уверенно добавила: - Я бы сделала все... А за...
- Анька, я уже встретил! - перебил ее я, - Представь себе! Это то, ради чего стоит жить. Жить, страдать, терять... Вся жизнь стоит того, чтобы даже в конце ее встретить мечту, которая жила в тебе. Я встретил...
В глазах Ани мелькнул неподдельный испуг, который она тут же подавила, что, однако, не ускользнуло от моего наметанного взгляда прожженного журналюги. Некоторое время она молчала, пытаясь совладать с собой. Потом эмоции все же взяли верх, она резко приподнялась и начала говорить. В ее голосе отчетливо слышалась горечь, которую она даже не пыталась скрыть:
- Очень интересно! Я за тебя рада. И кто же эта мечта? Нет, ты, конечно, можешь не говорить, мне то что? Кто я для тебя? - девушка резко замолчала. Потом горько добавила: - Наверное, очередное увлечение... А ты вооб...
Я бесцеремонно зажал ее рот рукой, и заговорил сам:
- Анна, ты подумай сама, что сейчас говоришь! Поверь мне, я никогда не умел врать. Да и не хотел, в общем-то... - я приблизил ее лицо к своему и раздельно сказал: - Посмотри в мои глаза.
Аня попыталась отвернуться. Я жестко взял ее за голову, повернул к себе и повторил:
- Посмотри мне в глаза! Посмотри и ты поймешь, что глаза не умеют врать. А теперь внимательно слушай то, что я тебе скажу.
Я ослабил руки, но девушка больше не делала попыток отвернуть голову. Я продолжал:
- Я всю жизнь, с самого раннего детства создавал у себя в голове образ идеальной девушки. Той, с которой я, несомненно, связал бы свою жизнь навсегда. Ту, которую я бы любил беззаветно и незабвенно. Я искал ее, абсолютно не надеясь на то, что она вообще существует... - я замолчал. Аня заинтересованно смотрела на меня. Воодушевившись ее интересом, я продолжил: - Так, может быть повезет, и увижу ее когда-нибудь, где-нибудь, но не больше. Даже не думал о том, что буду ей говорить, если каким-нибудь образом встречусь с ней лицом к лицу. Теперь знаю... Теперь знаю точно, потому что говорю сейчас, не задумываясь... - я улыбнулся. - Никогда не понимал, как это слова могут идти от сердца. Оказывается, могут! И более того, они идут! Сейчас... Тебе... Для тебя... Про тебя... Анька, я тебя люблю!
Я выжидающе смотрел на это солнце ясное и видел, что она сейчас разрыдается. Причем навзрыд. Так оно и происходило. Сначала она стала часто-часто моргать, потом ее губы слегка задрожали, постепенно яростно сжимаясь, а лицо сморщилось, не желая выпускать больше ни одной слезинки. Она попыталась отвернуться от меня, но я не позволил и притянул к себе, практически силой уперев ее голову в мое плечо. Тут Анюта и не выдержала: она как-то обмякла, и настоящий поток слез хлынул на мою кожу. Я только прижимал ее еще крепче, гладил по голове и шептал всякие нежные глупости, подобающие такому моменту.
Наконец, Аня успокоилась. Она подняла свое красное от слез личико ко мне и просто смотрела, ничего не говоря. Я просто наклонился и поцеловал ее. Еще часа полтора мы вообще не могли говорить ничего более-менее членораздельного...
Я лежал на спине и смотрел в окно. На небе, будто догадываясь о моем желании, высыпали звезды. Я смотрел на них и чувствовал их всем телом. Не знаю, как это бывает, такое трудно объяснить. Я лежал и смотрел, смотрел, смотрел. И внезапно ощутил, как мое тело становится невесомым и воспаряет над твердью. Звезды становились все ближе и ближе, пока не заполнили собой все пространство. Как ни странно, мне не было холодно. Я вообще мало чего ощущал. Только безграничное чувство счастья и радости, что охватило меня полностью.
Я уже спал и все это мне только снилось. Но в памяти навсегда остался этот короткий, но волшебный полет к звездам.













|

Автор: nakest / Дата добавления: 24.08.2006 01:06 / Просмотров: 1522

Найти все творчество этого автора



Комментарии

nakest Дата: 24.08.2006 18:09
Люди! Господа! Леди и джентельмены! Мадам и месье! Синьоры и синьориты! Я вас очень прошу, пожалуйста, оставляйте комментарии. Я ведь не зря закинул то, что выше, на сайт. Мне надо знать мнение общественности. Хорошее или плохое, неважно. Главное знать. Любая критика всегда здоровая.
Жду...
ИННА РАДУЖНАЯ Дата: 31.08.2006 11:42
ДОБРЫЙ ДЕНЬ , ГОСПОДИН ХОРОШИЙ . СВОЙ КОММЕНТАРИЙ ОТЛОЖУ НА ЧУТЬ ПОПОЗЖЕ , А ТЕПЕРЬ О " ПОЛОВИНКЕ " : У НАС С МУЖЕМ ЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА . ОНА ДЛИТСЯ УЖЕ 20 ЛЕТ . Я В ПЕРВЫЙ ДЕНЬ НАШЕГО С НИМ ЗНАКОМСТВА ПОЧУВТСВОВАЛА ЧТО Я ОТ НЕГО КУСОЧЕК , ЧТО НАС РАЗДЕЛИЛИ ЗАЧЕМ - ТО... СПАСИБО .
nakest Дата: 10.09.2006 00:40
Бывает и не так в жизни. Однако. Я искренне рад за вас. Хотя сам в это слабовато верю. Что ж, жду комментария.

Авторизуйтесь, и Вы сможете добавлять комментарии.



© 2004–2021 "Стихи и проза" | Создание сайтов в Донецке — Студия Int.dn.ua | Контактная информация | Наши друзья
Артемовский городской сайт Rambler's Top100 Рейтинг литературных сайтов www.topavtor.com